Столп внутренней Торы

Автор: раввин Левик Гурарье

Рамбан

В «Послании в Тейман» Рамбам обозначил 4976 (1216) год как «возможный срок для возвращения пророчества». Как раз в это время учение каббалы достигло расцвета. Ребе перечисляет выдающихся мудрецов того времени, развивавших учение внутренней Торы. Среди знатоков Торы Германии Ребе упоминает «хасидей Ашкеназ», а конкретно рабби Йеѓуду ѓе-Хасида и его отца рабби Шмуэля-«провидца», а также рабби Элазара из Вормса, автора книги «Рокеах». Из мудрецов Прованса (теперешняя южная Франция) Ребе называет Раавада и рабби Эзру-«провидца». Однако наибольшим было влияние Рамбана, рабби Моше бен Нахмана из Жироны в северной Испании. Ребе отмечает, что он «написал несколько книг по каббале, и в трудах Аризаля упоминается, что он один из немногих каббалистов, на которых можно полагаться».¹

Рамбан — фигура, почитаемая не только в еврейском мире, но и за его пределами. Он считается одним из выдающихся «ришоним» (мудрецов эпохи после гаонов и до «Шулхан аруха»), оказавших огромное влияние как на методы изучения Торы, так и на ѓалаху. Мы здесь сосредоточимся на том аспекте личности Рамбана, который подчеркивается в учении Ребе, а именно на его месте в традиции внутренней Торы.

Рабейну Моше бен Нахман из Жироны

Рабби Моше бен Нахман, известный под аббревиатурой его имени Рамбан, родился в городе Жирона (Геронда), в Каталонии, в 4954 (1194) году, в эпоху ришоним. Рамбан учился в ешивах Барселоны и Жироны на севере Испании, а также, по-видимому, в ешивах Прованса. Таким образом он овладел традицией мудрецов Испании, таких, как Риф и Рамбам, а также изучил методы авторов Тосафот из северной Франции и Германии, которые были известны в Провансе. Это расширило горизонты изучения Торы для молодого Рамбана и через него — для последующих поколений.

Величие Рамбана в Торе проявилось уже в юности. К двадцати годам он написал дополнения к кодексу Рифа и исследовательскую работу под названием «Милхамот ѓа-Шем», в которой защищал ѓалахические принципы Рифа от критики рабби Зерахии ѓа-Леви из Прованса, автора книги «Маор». Труды Рамбана включают, кроме того, «хидушим» (исследования) к Талмуду, комментарий к Пятикнижию, возражения к «Книге заповедей» Рамбама, сборники «драшот» (эссе на темы Торы), ответы на ѓалахические вопросы, «Сефер ѓа-геула» о Машиахе, «Шаар ѓа-гмуль» о награде за исполнение заповедей и наказании за их нарушение, а также эссе о загробной жизни.

Чтобы оценить огромное воздействие, которое Рамбан оказал на еврейскую традицию, воспользуемся объяснением р. Хаима Дова Шевеля, издателя и комментатора трудов Рамбана, из его статьи в газете «Идише Ѓейм»:

«До Рамбана существовали две независимые школы еврейской мысли. К первой принадлежали мудрецы северной Франции и Германии, наиболее известны из них Раши, Рабейну Там и другие авторы Тосафот. Их интеллектуальные усилия были сосредоточены на Талмуде. Они обсуждали и сопоставляли различные его фрагменты и работали над разрешением противоречий. Хотя это изучение влияло на практическую ѓалаху, оно ею заканчивалось, но начиналось не с нее.

Другой была школа испанских знатоков Торы, таких, как Риф и наиболее известный из них — Рамбам. В основном они занимались не сопоставлением и глубоким анализом текста Вавилонского Талмуда, а разъяснением практической ѓалахи и созданием самостоятельных ѓалахических кодексов. Кроме того, в Испании гораздо больше внимания уделялось философии и поэзии в новых формах (примером чего могут служить труды р. Авраѓама Ибн-Эзры и р. Йеѓуды ѓа-Леви), чего не было в Германии.

В период ранних «ришоним» представители этих школ почти никак между собой не соприкасались. Исключение составлял Прованс, который географически располагался между Испанией и Францией (он подарил нам впоследствии таких мудрецов, как Раавад, Радак, ѓаМеири и другие). Рамбан изменил это положение. Он изучал учение ашкеназов и слил его с традицией сефардов. Это хорошо видно по его «хидушим» к Талмуду. «Хидушим» — совершенно новый стиль написания толкований Торы. Они не только примиряют противоречивые положения Талмуда (что характерно для Тосафот), и не просто объясняют темы Торы с широким охватом источников, как это делает сефардская традиция, но объединяют оба подхода.

Этот синтез двух школ был продолжен выдающимся учеником Рамбана Рашбой, затем Ритвой и последующими мудрецами.

Рамбан как общинный лидер

Ребе Раяц говорил в беседе 18 элула 5701 (1941) г.:

«Баал-Шем-Тов был духовным наследником знаменитого Рамбана, рабби Моше бен Нахмана. Рамбан на всех смотрел позитивно и любил всех евреев. Он находил слова утешения для страдающих собратьев, когда-то и дело возникали угрозы насильственного крещения, и протягивал руку утешения тем насильственно крещеным, которые возвращались к своему народу».

Принято считать период, в котором жил Рамбан, «золотым веком» испанского еврейства, особенно если сравнивать с положением евреев в других районах в то время, и с более поздней эпохой евреев в Испании. В отличие от своих современников эпохи Тосафот, живших в северных христианских странах, которых громили, изгоняли и даже убивали, Рамбан слыл уважаемым подданным короля Арагона. Он занимал должность официального раввина Жироны, а позже всей Каталонии, работал врачом и даже был советником Хайме Первого, короля Арагона. В испанских документах того времени Рамбан упоминается под каталонским именем Бонаструк са Порта. Имя (или прозвище) «Бонаструк» означает «удача», а добавление «са Порта» говорит, что он жил рядом с городскими воротами.

В это время власть церкви в христианских странах, в отличие от светской власти короля, все больше увеличивалась. Процесс, начавшийся в Италии, Германии, Франции и Англии, в конце концов достиг Испании. Укрепление авторитета церкви сопровождалось ростом ненависти к евреям, что начало проявляться во времена Рамбана.

В 1263 году король вынудил Рамбана провести диспут с выкрестом Пабло Кристиани, который утверждал, что приведет доказательства правоты христианства из Талмуда. Рамбан согласился при условии, что король предоставит ему защиту от толпы и позволит свободно отвечать. После четырех дней дебатов король прервал их, так как Рамбан полностью разгромил аргументы своего оппонента, показав нелогичность христианских постулатов. Король был так впечатлен выступлением Рамбана, что распорядился выдать ему триста золотых монет.

На этом, однако, история не закончилась. В следующую субботу сам король пришел читать евреям проповедь о христианстве. Тем не менее Рамбан смело встал и опроверг доводы короля. Это разозлило христианских монахов, и они принялись искать возможность отомстить Рамбану. Поскольку даже король не мог уже его защитить, Рамбану пришлось покинуть Испанию и искать приют в других странах. В конце концов он прибыл в Страну Израиля, где опубликовал подробный отчет о состоявшемся диспуте, чтобы все смогли познакомиться с его аргументами и ходом дискуссии.

Ребе однажды поделился историей из книги «Седер ѓа-дорот». Там рассказывается, что у Рамбана был ученик Авнер, который принял христианство, в результате чего добился больших почестей и богатства. Как-то он велел в Йом кипур привести Рамбана к нему домой, где намеренно стал есть свинину на глазах у бывшего учителя. В свое оправдание он заявил, что оставил еврейство, потому что не может быть, чтобы все было предсказано и записано в Торе всего лишь в одной недельной главе Ѓаазину, как учил Рамбан. Но Рамбан показал ему, каким именно образом в этой главе зашифровано его имя — Авнер — и предсказана его судьба. Авнер смутился, и Рамбан побудил его раскаяться.²

Страна Израиля

Свои последние годы Рамбан провел в Стране Израиля, прибыв туда в 5027 (1267) году. Он описал плачевное состояние, в котором нашел святой город Иерусалим. На протяжении многих лет иерусалимская еврейская община и другие евреи Страны Израиля переживали потрясения и несчастья. Десятилетиями продолжались войны между государствами крестоносцев и мусульманскими правителями. Иерусалим несколько раз переходил из рук в руки: от крестоносцев к сирийцам, потом были несколько разрушительных набегов монголов, затем город захватили египетские мамлюки. Когда прибыл Рамбан, в Иерусалиме почти не осталось жителей, а евреев насчитывалось всего двое.

Рамбан переделал одно из заброшенных зданий в синагогу и собрал несколько евреев из окрестностей. С тех пор еврейская община в Иерусалиме никогда не исчезала. Рамбан поселился в Акко, и продолжал преподавать и писать работы по Торе до своей кончины в 5030 (1270) году. Он похоронен в Стране Израиля, но точное место его погребения неизвестно.

В скрытой Торе ѓалаха — по Рамбану

В традиционном мире Торы Рамбан известен своими инновационными толкованиями Торы, новым подходом к ѓалахе и ясным философским взглядом. Однако в мире хасидизма Рамбан почитается еще и как один из величайших каббалистов, сыгравший значительную роль в передаче священных тайн сокровенного учения.

Подход Рамбана к каббале отличается от установок более ранних мудрецов. Раши и Рамбам, хоть и обладали глубокими знаниями в тайном учении, не предавали их огласке и не включали в свои труды. Рамбан был одним из первых, если не самым первым, кто, не таясь, стал опираться на идеи и концепции каббалы в своих толкованиях к Пятикнижию. До него каббалистические трактаты постигались в очень ограниченном круге мудрецов. Комментарий же Рамбана — первый, где каббала и пояснение простого смысла Торы сливаются.³ С его времени и до наших дней евреи всех направлений, придерживающиеся разных взглядов на роль скрытой Торы, изучая труд Рамбана, усваивают идеи каббалы. Рамбан был истинным первопроходцем в раскрытии сокровенной Торы.⁴

Каббалистическая традиция Рамбана упоминается во введении рабейну Хаима Виталя к трудам Аризаля, ⁵ на которое ссылается Ребе. Рабейну Хаим Виталь пишет там, что традиция Рамбана берет начало от Раавада, который изучал тайны Торы у самого пророка Элияѓу. Это знание было передано сыну Раавада (рабби Ицхаку Слепому), рабби Эзре⁶ и рабби Азриэлю из Жироны — учителю Рамбана в каббале. Рамбан считается последним авторитетным каббалистом до Аризаля.⁷

Рамбан включал идеи скрытой Торы не только в комментарий к Пятикнижию и отдельные работы по каббале. Ребе объясняет, что Рамбан смотрел с точки зрения скрытой Торы на все, от интерпретации стихов Торы до ѓалахических решений. Одна из причин, по которой хасидизм следует мнению Рамбана, а не Рамбама в отношении того, что нас ждет во времена Машиаха, заключается в том, что Рамбан в отличие от Рамбама воспринимал через внутреннюю часть Торы все ее области. Талмуд говорит, что в спорах Рава и Шмуэля мы следуем мнению Рава в вопросах кашрута и мнению Шмуэля в имущественных делах. Аналогично в спорах в области внутренней Торы «ѓалаха устанавливается по Рамбану».⁸

Комментарий к Торе

Одна из самых известных и часто цитируемых работ Рамбана — это его комментарий к Хумашу (Пятикнижию). В мире изучающих Тору, и, разумеется, у Ребе, много ссылок на комментарий Рамбана, который Ребе называл «одним из наиболее принятых и надежных».⁹

Рамбан не просто стремился объяснить «простой смысл Писания», как это делает Раши; поэтому правила и параметры комментария Рамбана отличаются от комментария Раши. Кроме взгляда, выходящего за рамки простого смысла Торы, и помимо привнесения идей из тайной Торы, Рамбан может — отмечает Ребе — не объяснять некоторые вопросы, если им уже дали толкование другие комментаторы, в частности, Раши и Ибн Эзра.¹⁰

Рамбан часто цитирует Раши, и его комментарий имеет определенное сходство с толкованиями Раши.¹¹ Хотя объяснения Рамбана содержат и уровень «ремез» (намека), и каббалу, он в первую очередь «паштан», разъяснитель простого смысла Писания.¹² Как и Раши, Рамбан не включает в свой комментарий ѓалахические выводы, ¹³ хотя иногда упоминает выводы ѓалахи.¹⁴ Возможно, именно усилия Рамбана по интеграции открытых и скрытых аспектов Торы дали отсвет скрытой Торы даже в его комментариях простого смысла. Это делает их не только выдающейся работой в открытой Торе, но и основополагающим трудом в области Торы внутренней.

В этом контексте приведем слова Ребе Раяца: «Те, кто недовольны хасидизмом, могут быть с еще большим основанием недовольны Рамбаном. Часто, даже после цитирования толкований наших мудрецов Рамбан приводил идеи внутренней Торы, и обратите внимание — он предварял это словами „а согласно истине…“. В открытой Торе можно отойти от правильных выводов, и ошибку бывает трудно распознать. Но учение хасидизма не допускает лжи; если кто-то отклоняется от истины во внутренней Торе, это сразу становится ясно».¹⁵

Отметим, что многие темы в учении Ребе основаны на идеях, высказанных Рамбаном. Приведем несколько примеров: «дела отцов — знак для сыновей» (о влиянии наших праотцов на сегодняшний мир), «освящай себя в том, что тебе разрешено» (заповедь быть святым во всех аспектах повседневной жизни), определение Храма как места, где в первую очередь присутствует Всевышний, а не только совершаются жертвоприношения, и другие.

В ЕГО УЧЕНИИ:

הכל מודים בתחיית המתים ובקיום הזמן ההוא בכלליו ופרטיו כמו שפירשתי זולתי דעת הרב רבי משה זכרונו לברכה שנותנת קצבה לזמן התחיה ומחזיר הכל לעולם הנשמות כמו שנזכר למעלה ואנחנו מקיימין אנשי התחיה לעדי עד מימות תחיית המתים לעולם הבא שהוא עולם שכולו ארוך ואדון הרחמים יזכנו לטוב אשר צפון ליראיו ופעל לעבדיו למען רחמיו וחסדיו אמן ואמן

(רמב"ן שער הגמול בסופו)

«Все признают, что воскрешение мертвых произойдет, все согласны в этом вопросе во всех общих аспектах и конкретных деталях, как я объяснял ранее — все, за исключением Учителя, рабби Моше, благословенной памяти (Рамбама), мнение которого иное. Он устанавливает предел жизни после воскрешения и предполагает, что в итоге все воскресшие вернутся в мир душ, как упоминалось ранее. Однако мы считаем, что воскресшие будут жить со времени воскресения вечно, в вечном Грядущем Мире. Да удостоит нас Владыка Милосердия доли в благе, которое Он приготовил для боящихся Его, и да поступит Он со Своими слугами по Своей безграничной милости и доброте, амен ве амен». (Шаар ѓа-гмуль, конец)

Относительно времени после прихода Машиаха и начала воскрешения из мертвых между Рамбамом и Рамбаном существует разногласие. Рамбам считает, что через некоторое время после воскрешения из мертвых тела перестанут существовать, и только души будут жить дальше в полном единении со Всевышним. Рамбан не согласен с этим. Он полагает, что в процессе воскрешения материальность будет очищена, и люди останутся в своих материальных телах, одновременно испытывая раскрытие Б‑жественности. Хасидизм следует мнению Аризаля, которое опирается на предшествовавшее утверждение Рамбана о том, что конечная цель — создание для Всевышнего обиталища в низших мирах — будет достигнута при воскрешении мертвых, когда души людей будут пребывать в материальных телах.

1 Ликутей сихот, т. 2, стр. 588.

2 Ѓитваадуйот 5742 г., т. 1, стр. 109.

3 Игрот кодеш, т. 18, стр. 101.

4 Игрот кодеш, т. 22, стр. 94.

5 Виталь Х. Шаар ѓа-ѓакдамот, гл. 1.

6 ХИДА пишет, что упомянутый рабби Эзра был известен как «провидец». В этой беседе Ребе приводил его как пример пророчества.

7 Рав Хаим Виталь считает, что после Рамбана и до Аризаля все работы по каббале в основном разрабатывали предыдущие концепции, в них нет развития тем внутренней Торы.

8 Торат Менахем, т. 50, беседа в Шавуот 5727 г. стр. 57. В другом месте Ребе аргументирует это тем, что Рамбан жил позже Рамбама и учитывал его мнение, высказывая свое. Здесь можно применить правило «ѓалаха следует более позднему мнению».

9 Торат Менахем, т. 67, беседа в Шабат главы Ваикра 5732 г., стр. 418.

10 Сихот кодеш 5734 г., т. 2, Шабат главы Шлах, стр. 218.

11 Сихот кодеш 5737 г., Шабат главы Балак, т. 2, стр. 247.

12 Сихот кодеш 5740 г., т. 1, стр. 855.

13 Сихот кодеш 5727 г., т. 1, стр. 35.

14 Сихот кодеш 5737 г., т. 1, Шабат главы Мишпатим, стр. 503.

15 Ребе Раяц. Сефер ѓа-сихот 5704 г., стр. 54.