Одно исследование, но противоположные выводы

По рассказу Асафа Эреза (Уасилла, Аляска)

В 5740 (1980) году, когда мне исполнилось 15 лет, моего отца назначили на должность менеджера по безопасности в компании «El Al Cargo» в аэропорту Кеннеди. Соответственно, мы переехали из Израиля на Лонг-Айленд, и свои подростковые годы я провел в Америке.

Наша семья была религиозной, но в то время существенной связи с Хабадом у нас не было. Раввин Кути Рапп, посланник Ребе в аэропорту Кеннеди, вёл активную работу со всеми сотрудниками El Al. Он пригласил отца посетить фарбренген с Ребе, и я, естественно, тоже пошел с ними в 770. Мы сидели вместе с другими почетными гостями и имели возможность увидеть Ребе, сказать с ним «лехаим» и услышать синхронный перевод беседы на иврит с помощью аудиоустройств, доступных в будний день на фарбренгенах.

После того первого фарбренгена мы приходили и на многие другие. Это дало нам возможность много раз видеть Ребе. За три года нашего пребывания в Америке мы очень сблизились с Хабадом, а отец даже отрастил бороду. В Израиль мы вернулись в 5743 (1983) году.

Пять лет спустя, после окончания военной службы, я вновь приехал в Нью-Йорк, и раввин Рапп временно, пока я не найду другого жилья, устроил меня в общежитие Любавичской ешивы на Президент-стрит, 1414. Это было примерно во время Хануки 5749 (1989) года. Каждое утро раввин Рапп брал меня с собой в дом Ребе на шахарит. В течение нескольких недель я имел честь видеть и слышать, как Ребе молится, и эти воспоминания навсегда запечатлелись в моей душе.

С тех пор Хабад стал важной частью моей жизни, и на протяжении многих лет я поддерживал прочные связи и отношения со многими посланниками Ребе. Когда было разработано приложение Ohel, я скачал его на телефон и начал отправлять письма Ребе через него. Я писал Ребе как от себя, так и от имени других людей, которым помогал с этим.

Однажды в ияре 5782 (2022) года я на машине направлялся в Уасиллу, штат Аляска, где я сейчас живу. Другой водитель проехал на красный свет и врезался в мой автомобиль. Меня доставили в больницу с шестью сломанными ребрами и разорванной селезенкой. Спустя четыре мучительных дня восстановительных операций меня выписали домой.

Через несколько дней, в понедельник, 29 ияра, я почувствовал невыносимую боль в пояснице и немедленно вернулся в больницу. Когда я находился в отделении неотложной помощи, один из хирургов сообщил мне мрачные новости:

— К сожалению, судя по снимку компьютерной томографии, Ваша селезенка все еще кровоточит.

— Вы уверены? — пораженно спросил я его. — Когда меня выписали на прошлой неделе, то сказали, что кровотечение остановлено.

Врач объяснил, что селезенка очень чувствительный орган, и любое резкое движение могло привести к ее повторному разрыву. Этот диагноз проливал свет на природу моей боли в спине, которая, как он заверил меня, не имела никакого отношения к моим сломанным ребрам. Он предписал мне экстренно пройти процедуру прижигания, чтобы остановить кровотечение. Если это не даст требуемых результатов, им придется удалить мою селезенку, что может привести к серьезным осложнениям. Другой хирург и рентгенолог, работавшие в ночную смену, согласились с диагнозом первого врача. Операцию мне назначили на следующее утро.

Хотя ситуация в данный момент и не представляла угрозы для жизни, я был не слишком доволен только что полученными новостями. Внезапно мне позвонил мой хороший друг, раввин Авраѓам Моше Дайс, посланник Ребе в Грешеме, штат Орегон. Он услышал о том, что я получил травмы, и хотел узнать, как мои дела. Я поделился с ним последними неприятными известиями. Рав Авраѓам предложил мне немедленно написать письмо Ребе. Во всем хаосе, сопровождавшем мою аварию и последующее лечение, я совершенно забыл о приложении на своем телефоне. Я решил немедленно отправить письмо Ребе.

Однако различные медицинские процедуры продолжались практически в ходе всей ночи. Когда я наконец написал Ребе, описав в подробностях произошедший несчастный случай и его последствия, добавив, что мне назначена срочная операция по спасению селезенки, было уже очень раннее утро. В заключение я попросил благословение на то, чтобы Всевышний даровал мне полное и скорейшее выздоровление.

Несколько часов спустя хирург утренней смены, который наблюдал за моим состоянием две недели назад, сразу после несчастного случая, вошел в мою палату и сообщил, что он озадачен диагнозом, который поставили мне врачи ночной смены.

— Ваша селезенка не кровоточит, — с уверенностью сказал он. — Сканирование показало только некоторые признаки кровотечения из-за рваной раны, которую Вы получили во время автомобильной аварии две недели назад, но сейчас с этим все в порядке.

— Вы уверены?! — недоверчиво спросил я. — Два хирурга и рентгенолог утверждали, что мне нужно прижигание и немедленно. Все трое были неправы?!

— Я не знаю, что на это сказать, — ответил он. — Я только что изучил результат этого обследования вместе с другим хирургом, а также с рентгенологом утренней смены. Мы все трое не видим показаний для операции. Ваша селезенка в порядке.

Тем не менее, он перенес мне эту процедуру на неделю позже, просто для подстраховки. Что касается боли в спине, он очень подробно рассказал, как это связано с тем, что у меня сломаны ребра. В конце концов этот врач прописал несколько обезболивающих, после чего выписал меня из больницы.

Со стороны это выглядит загадочно: две команды врачей, видевшие одни и те же результаты компьютерной томографии, пришли к совершенно противоположным выводам. Но я-то знаю, чье вмешательство изменило диагноз!