Совершенство происхождения

АВТОР: РАВВИН ЗЕЛИГ КАЦМАН

Калабрия, расположенная на южном побережье Италии, на «носке итальянского сапога», славится своими обширными пляжами с видами на северную часть Средиземного моря, древними замками и археологическими раскопками, а также своим сельским хозяйством. Это один из первых регионов Италии, где возникли постоянные поселения, у него долгая и славная история.

У любавичских хасидов слово «Калабрия» вызывает и другие ассоциации. Название этого популярного итальянского места отдыха имеет неповторимое значение, его звучание напоминает о радости праздника Суккот, о сладком запахе этрога, о страсти к выполнению заповеди «меѓадрин» (наилучшим образом). Оно говорит о самоотверженности поколений лидеров Хабада и их хасидов, которые прилагали большие усилия, чтобы добыть для выполнения заповеди Всевышнего этрог именно отсюда.

В наших источниках этот регион юга Аппенинского полуострова именуется איטליא של יון, «греческой Италией», той прекрасной землей, которой был благословлен Эсав в стихе «и в лучшей земле будет проживание твое», по словам мудрецов мидраша. Название объясняется тем, что юг Италии колонизовали греки еще в восьмом веке до новой эры, и греческие города там возникли гораздо раньше поселений местного населения. Греки установили на юге Италии высокоразвитую экономику, так что в древности этот район даже называли «Великой Грецией».

Этроги из Калабрии называют еще «яновские этроги». Этот термин происходит от идишского произношения названия итальянского портового города Генуя (Дженова по-итальянски) — «Янова».¹ Именно оттуда свежесобранные плоды со всей Калабрии отправлялись на продажу по всему еврейскому миру.

Транзитный пункт навсегда стал ассоциироваться с данным сортом этрогов.

Первый зарегистрированный случай использования на Суккот «яновского» этрога относится ко времени авторов Тосафот. Утверждается, что для выполнения заповеди они настаивали на приобретении именно этого вида этрога. Так пишет Хатам Софер, который поощрял покупать именно эти этроги. Он утверждал, что этрогам, как и птицам, чтобы получить статус кошерности, требуется подтверждение традиции. Таким образом, уже на протяжении сотен лет евреи делали все возможное, чтобы обзавестись на Суккот именно этрогами из Калабрии.

Однако в традиции Хабада данный обычай датируется самым началом выполнения заповеди «четырех видов». Альтер Ребе утверждал, что когда Всевышний приказал Моше Рабейну взять «плод дерева ѓадар» для заповеди, он отправил посланников в Калабрию на облаках, чтобы доставить этроги оттуда. Ребе Рашаб делился этой традицией каждый год на трапезе в первый вечер Суккот.²

А однажды Ребе Рашаб предложил другое объяснение этого обычая: «Причина, по которой мы предпочитаем этроги из Калабрии, несмотря на то что они менее красивы — в том, что в Калабрии не живут евреи. Таким образом мы выполняем сказанное „и будете взывать оттуда к Г‑споду, Б‑гу твоему“: мы возносим искры святости даже из такого места».³

На протяжении многих лет лидеры Хабада продолжали пользоваться «яновскими» этрогами», несмотря ни на какие затруднения. Альтер Ребе настолько серьезно относился к этому обычаю, что хотел отправить за ними посланцев даже во время наполеоновских войн, когда подобное путешествие было сопряжено с крайним риском. Точно так же во время русской революции были предприняты особые усилия, чтобы получить «яновский» этрог для Ребе Рашаба. И когда Ребе был во Франции во время Второй мировой войны, он, как говорят, подверг себя большой опасности, пробравшись через границу, чтобы получить этрог из Калабрии.⁴

В Элуле 5704 (1944) года союзники вели наступление в Европе, тесня войска Германии из Италии. К этому времени южная Италия была уже освобождена. Ребе Раяц с целью получить «яновский» этрог обратился в Министерство обороны США. Вот выдержки из его письма:

«На протяжении нескольких поколений у моих предков, которые были главами Хабада и признанными лидерами мирового ортодоксального еврейства, было священным обычаем получать цитрусовые плоды, известные как „этрог“, которые необходимы для ритуала нашего праздника Суккот, из Калабрии, полуострова на юго-западе Италии. Даже во время прошлой (Первой мировой — прим. пер.) войны моему святому отцу дали возможность поручить специальному посланнику доставить некоторое количество этих цитрусовых плодов из Калабрии в Стокгольм, а оттуда в Россию, чтобы мой покойный отец, я и некоторые из членов нашей общины могли совершить священное предписание нашей религии в соответствии с обычаями наших предков.

Теперь, когда, слава Б‑гу, Калабрия освобождена, я почел бы за честь вновь иметь возможность соблюсти эту священную и драгоценную заповедь нашей религии с помощью этрогов, выращенных в Калабрии. При этом мы вознесем особую молитву за скорую и полную победу союзников над плодами, выращенными на освобожденной земле.

Поэтому я смею просить Вас об одолжении телеграфировать полномочным властям этого района с просьбой отправить авиапочтой около десяти этрогов, выращенных в Калабрии, чтобы я мог получить их до праздника Суккот, который будет проходить со 2 по 10 октября».⁵

Вскоре последовала реакция военного ведомства. В письме от 21 сентября, адресованном Ребе Раяцу, они выразили сожаление по поводу того, что не смогут выполнить его просьбу. Свой отказ они объяснили тем, что служба авиапочты ограничена нуждами, необходимыми для военных действий. Любое исключение может создать нежелательный прецедент и вызвать поток подобных запросов со стороны других религиозных деятелей и конфессий.

Это лишь краткий обзор усилий, которые приложили лидеры Хабада, чтобы получить «яновские» этроги даже во времена великих потрясений, когда у всех остальных людей были совсем другие заботы. Как в приведенном выше случае, их усилия не всегда были успешными, и нашим лидерам порою приходилось брать этроги из других мест. Один раз, когда Ребе Рашаб не смог добыть этрог из Калабрии и вместо этого использовал этрог из Страны Израиля, произнося благословение, он плакал. Лидеры Хабада решительно выступали за то, чтобы хасиды использовали «яновские» этроги, считая их даже предпочтительнее тех, что растут в Стране Израиля. (Однако, как мы вскоре увидим, сами они использовали и те, и другие).

Ребе Раяц пишет в письме: «В ответ на Ваше письмо, в котором Вы призываете хабадников покупать этроги в Стране Израиля. Если это из-за святости Страны Израиля — кто сравнится с Альтер Ребе по самоотверженности в укреплении жителей Страны Израиля? А ведь он всегда выбирал этроги из Калабрии для заповеди, говоря: „Когда Всевышний повелел Моше ‚возьмите себе плод дерева ѓадар‘, в леса Калабрии были отправлены посланники, чтобы взять этроги для заповеди“. Почему в этом году должно быть иначе?»⁶

Проблемы и пересаживание

В первые годы руководства Ребе в этрогах из Калабрии стали заметны изменения. Если раньше они были мелкими и тусклыми, то затем стали гораздо красивее. Это вызвало сомнения в их кошерности и породило подозрения в том, что они собраны с дерева, на который была привита ветвь другого сорта («муркав»). Ребе впервые высказал эти опасения в письме реб Мордехаю Перлову, который тогда был раввином общины Хабада в Милане: «Что касается вопроса калабрийских этрогов: по правде говоря, я не рад тому, что у Вас есть сомнения по этому поводу. Но поскольку они возникли, Вам следует поехать туда и прояснить ситуацию…»⁷

В конце концов Ребе послал реб Исраэля Джейкобсона определить статус этроговых садов в Калабрии и убедиться, что этроги, собираемые там и отправляемые по всему миру, не «муркав». Изучив ситуацию, реб Исраэль пришел к выводу, что в Калабрии действительно были садоводы, которые прививали на свои этроговые деревья ветви другого сорта. Когда он сообщил об этом Ребе, Ребе дал указание: с этого момента за этроговыми садами следует обеспечить присмотр, чтобы обеспечить кошерность этрогов.

В результате этих опасений шалиахи предложили Ребе посадить калабрийские этроги во фруктовых садах Страны Израиля, где можно было бы более строго контролировать посадки. Ребе одобрил этот план, и летом 5716 (1956) года он был реализован.

Важно отметить, что Ребе уточнил: ⁸ пересаженные этроги не имеют того же статуса, что этроги, выращенные в Калабрии. Причина этого основана на цитированном выше мидраше, в котором именно Калабрия называется «отборной землей», а следовательно, она лучше всего подходит для сельского хозяйства и для выращивания этрогов. Хотя пересаженные в Страну Израиля этроги, безусловно, кошерны, и они не «муркав», им не хватает особых качеств «яновских» этрогов, выращенных на их исходной почве. Поэтому Ребе, как правило, предпочитал для исполнения заповеди этроги из Калабрии. Хотя, как мы увидим, Ребе использовал и этроги, выращенные в Стране Израиля.

ЃАЛАХИЧЕСКИЙ СМЫСЛ «МУРКАВ»

Этрог, взятый от привитого дерева, часто обсуждается в ѓалахической литературе последних столетий, хотя мы не находим упоминаний о нем ни в Гемаре, ни в древних ѓалахических произведениях (у «ришоним»). Операция, известная как привой (ѓаркава), состоит в том, что берут ветвь плодового дерева и прикрепляют ее к надрезу на стволе дерева другой породы или другого сорта. Ветвь приживается, и у плодов, которые вырастают на ней, есть свойства обоих деревьев. Предположим, на одном дереве некоего вида фрукты хорошие, но держатся на ветках слабо, а на другом фрукты менее качественные, но более стойкие. Привив ветку одного дерева на ствол другого, можно — если хорошо разбираться в деле — добиться сочетания нужных свойств. Операция привоя упоминается уже в Мишне. Именно так выведены многие привычные нам сорта фруктов. В биологии привой от двух разных видов деревьев называется «межвидовым скрещиванием». Вопрос этот чрезвычайно сложен с точки зрения ѓалахи: статус плодов зависит от того, насколько разными или близкими были виды или сорта исходных деревьев.

Впервые эту тему начали обсуждать мудрецы последних столетий (ахароним) в ответ на распространявшуюся среди крестьян практику улучшения внешнего вида этрога путем прививки ветвей этрога на лимонные деревья (кроме того, ветви этроговых деревьев не выдерживают крупные плоды, а ветви лимонных деревьев гораздо крепче). Ахароним нашли две проблемы в этроге «муркав»:

1. Он не имеет статуса этрога.

2. Поскольку привой порождает новый вид растения, это нарушает заповедь «скотину твою не скрещивай килаим», и заповедь, исполненная с таким этрогом — это «заповедь через нарушение».

Есть несколько причин, по которым этрог может потерять статус плода, упомянутого в Торе. Самая очевидная, которая, скорее всего, и была принята Цемах Цедеком (в пересказанном выше случае, когда он использовал этрог с Корфу), заключается в том, что этрог не имеет требуемого для заповеди размера, поскольку часть плода представляет собой лимон! Соответственно, если плод крупный и «часть кошерного этрога» в нем достаточно велика, он пригоден для исполнения заповеди.

Другая причина заключается в том, что использование плода, привитого к лимонному дереву, нарушает принцип «не прибавь», поскольку это означало бы добавление пятого вида (лимона) к «четырем видам растений», требуемым в Суккот.

Что касается второго случая, Левуш (Орах хаим, гл. 649) написал, что проблема с использованием этрога «килаим» существует, даже если скрещиванием занимались неевреи. Дело в том, что в Талмуде, в трактате Санѓедрин, высказывается мнение, согласно которому сажать «килаим» запрещено, в том числе неевреям. Однако ТаЗ с этим не согласен. Он опирается на сказанное в трактате Сукка (стр. 30б), где рав Ѓуна инструктирует торговцев, которые должны покупать ветви ѓадас у местных жителей. Так как права собственности на многие поля в городе рава Ѓуны оспаривались, то рав Ѓуна настаивает, чтобы торговцы не собирали ѓадасы сами, дабы не стать виновными в возможной краже. Эта история, согласно ТаЗу, показывает, что запрет «заповеди через нарушение» применим лишь к тому, кто совершает нарушение лично. Но в нашем случае, когда привой — если он запрещен — был произведен крестьянином-неевреем, плод не подпадает под «заповедь через нарушение». Таков окончательный вывод ѓалахи.

Этрог с Корфу

Помимо «яновского» этрога, есть еще один вид этрога, занимающий особое место в традиции Хабада. Но если «яновский» этрог славится своими положительными качествами, этрог с Корфу печально известен тем, что считается непригодным для заповеди.

Этроги, выращенные на греческом острове Корфу, на протяжении многих лет имели большую популярность среди значительной части европейского еврейства. Но именно красота этих этрогов вызвала подозрения в том, что они «муркав», то есть взяты с деревьев, на которые привиты ветви другого вида. А следовательно, они не годятся для заповеди.⁹

Самый ранний респонс (раввинский ответ — прим. пер.) на эту тему дал раввин Даниэль из Гродно в 1808 году. Он постановил, что поскольку относительно этрогов с Корфу нет уверенности, что они «не муркав», то нельзя произносить на них благословение, используя имя Всевышнего. А значит, вместо привычного «барух ата и т. д.» следует говорить «брих Рахмана», чтобы избежать произнесения благословения впустую.

В 1846 году среди раввинов разгорелись серьезные дебаты, посвященные данному вопросу. Хатам Софер выступил против того, чтобы пользоваться этрогами с Корфу. Он заявил, что предпочтительнее брать этроги из Страны Израиля, поскольку у них есть презумпция кошерности — даже если они менее красивы, чем этроги с Корфу.¹⁰

В 1875 году крестьяне Корфу объединились и подняли цены на свои этроги. В ответ на такой шаг раввины Европы запретили этроги с Корфу до тех пор, пока цена не станет стабильной и не будет определен статус этрога.

А в 1891 году на острове произошли трагические события — была найдена мертвой еврейская девушка по имени Рубина Сарда. Обнаружив тело, местные жители связали происшедшее с печально известным «кровавым наветом»: дескать, девушка была христианкой и ее убили евреи, чтобы использовать кровь жертвы для приготовления мацы. В ходе последовавшего погрома многие из проживавших на острове евреев погибли, а выжившие были вынуждены бежать. Реакцией мирового еврейства стал бойкот этрогов с Корфу, так как остров «залит еврейской кровью». Таким образом вопрос об этрогах с Корфу был решен окончательно.

Один человек спросил в письме к Ребе, почему в Хабаде принято использовать этроги из Калабрии, когда кажется более уместным покупать те, что выращены в Стране Израиля, тем самым поддерживая родину еврейского народа. Ребе ответил:

הטעם — בקיצור עכ״פ: ממש אותו הטעם שממשלת ישראל… משלמת במטבע זר (המוכרח על אתר) ובסכומים מבהילים ומשתדלת בכל האמצעים שיקבלו הכסף ממנה — לקניית נשק, בארצה״ב [= בארצות הברית] ובאשכנז וכו׳

ואינה מסתפקת בהרובים וכיו״ב שהיא מייצרת בארץ ישראל עצמה. ואין פוצה פה ומצפצף. ואדרבא. והטעם כי כשרוצים להגן על עם ישראל — צ״ל [= צריך להיות] נשק ומצות כדבעי. וא״א [= ואי אפשר] להחליף פענטאם — ולהבדיל, אתרוג שיש בו מסורת אבות — ב״עוזי״ ולהבדיל אתרוג בלי מסורה. והרוצה להחליף כו׳ וד״ל, [= ודי למבין]

כנראה לא מסרו הסיום (במענה לא׳): יתירה מהנ״ל: בכל צבא ישנן כמה מחלקות וסוגים: רגלי, אלה ברכב ואלה גו׳, ולכאו״א נשק המיוחד לו ורק בנשק המיוחד לו יצליח, והרוצה להכריח שסוג אחד יהי׳ מזוין בנשק השייך לסוג אחר (מצות הקשורות ותלויות במסורת אבות) — ה״ז [= הרי זה] מעמיד בסכנה כל ענין ההגנה וכו׳. וד״ל

«Причина — изложим вкратце — такова: она та же самая, по которой израильское правительство платит иностранной валютой (необходимой и для других целей), тратя астрономические суммы денег и применяя все методы давления, чтобы у них взяли эти деньги, для покупки вооружений в США, в Германии и других странах, и не удовлетворяется оружием, производимым в Стране Израиля. И никто не возражает — наоборот!

Дело в том, что когда мы хотим защитить еврейский народ, нам нужно хорошее оружие и хорошие заповеди. Было бы неразумно заменять истребитель «Фантом» израильским автоматом «Узи», или — не будь рядом помянуты — этрог с прочно укоренившейся традицией этрогом без традиции. Тот, кто желал бы осуществить такую замену… В общем, понятно!»

В следующем разделе письма Ребе объясняет, почему это применимо только к некоторым людям, и каким образом другие евреи вполне качественно выполняют заповедь с этрогами из Страны Израиля:

Похоже, Вам не передали заключение (моего ответа на первый вопрос). К сказанному дополним: в каждой армии есть разные роды войск: есть пехотинцы, есть «кто на колесницах, [а кто на лошадях]» и т. д. У каждого рода войск есть свое оружие, и только с этим оружием он добьется успеха. Если кто-то хочет заставить бойцов одного рода войск взять оружие, относящееся к другому (в нашем случае имеются в виду заповеди, связанные с традициями предков) — он поставит под угрозу вообще всю оборону. Этого достаточно».

Отношение лидеров Хабада к этрогам с Корфу

Однако отрицательное отношение лидеров Хабада к этрогам с Корфу восходит еще ко временам Цемах Цедека. Известный хасид реб Довид Цви Хен из Чернигова (Радац) передал от имени своего отца, реб Переца, который слышал непосредственно от Цемах Цедека, что «этроги с Корфу определенно муркав».¹¹

Ребе Маѓараш также негативно отзывался об этих этрогах: «Есть три вещи, которые красивы, но сомнительно, настоящие ли они: 1) Этрог с Корфу очень красив, но неясно, действительно ли это этрог или просто лимон…»¹²

В другой раз Ребе Маѓараш сказал: «Я бы завернул этрог с Корфу в талит с цицит, сплетенными машиной, и бросил бы их в огонь»¹³. Относительно же того, что рабби Леви-Ицхак из Бердичева использовал этрог с Корфу, Ребе Маѓараш заявил, что на землю Корфу упало семя настоящего этрога, и именно с этого конкретного дерева происходил этрог, который брал рабби Леви-Ицхак.¹⁴

Тем не менее, однажды Цемах Цедек все же использовал этроги с Корфу. Был год, когда «яновские» этроги было трудно найти. Цемах Цедек рассказал, что его хасид, реб Ицхак Айзик из Витебска, как-то посетил знаменитого реб Эфраима Залмана Маргулиса, автора книги «Бейт Эфраим». Они обсудили многие темы Торы, в том числе статус этрогов с Корфу, и в ходе дискуссии пришли к следующему выводу: если этрог настолько велик, что больше обычного этрога на величину, превышающую минимально допустимый размер кошерного этрога, то данный этрог можно использовать. Цемах Цедек положился на это ѓалахическое решение.¹⁵

«Четыре растения» для Ребе

Ребе начинал выбирать «четыре растения» 13 тишрея, по возвращении из Оѓеля. Этроги приносили реб Исраэль Джейкобсон и его зять реб Мордехай Алтейн. После кончины реб Исраэля летом 5735 года к раввину Алтейну присоединился его зять, раввин Ицхак Меир Гурари. Вначале «четыре растения» раскладывали в комнате Ребе, а после 5738 года — в «нижнем Ган Эдене» (коридоре перед ней).

В дополнение к этим этрогам, реб Лейбель Бистрицкий приносил Ребе этрог и остальные растения и в канун праздника. Реб Шалом Ѓехт и реб Биньямин Городецкий также доставляли Ребе этроги в это время (реб Биньямин обычно передавал три этрога через канцелярию).

Как лидеры Хабада использовали этроги

Известно, что Ребе Рашаб и Ребе Раяц часто произносили благословение над «яновским» этрогом, но для Ѓалеля брали этрог из Страны Израиля. В 5711 (1950) году заметили, что Ребе использовал два этрога: один с питумом (шишечкой, остатком соцветия) и один без него. Предполагается, что первый был из Страны Израиля, поскольку в те времена ни на одном этроге из Калабрии не было питума. Утром Ребе благословил этрог без питума, а во время Ѓалеля в руках у Ребе был другой — с питумом. Однако в последующие годы Ребе использовал калабрийский этрог как утром, так и для Ѓалеля, а этрог из Страны Израиля брал при других обстоятельствах, без благословения.

Реб Леви Бистрицкий (сын реба Лейбеля) рассказывает: «Однажды у Ребе был этрог с питумом, который отвалился, когда кто-то исполнил с ним заповедь. Ребе обычно спускался на молитву, оставляя свои „четыре вида“, чтобы люди могли произнести над ними благословение. Перед Ѓалелем „четыре вида“ отдавали обратно Ребе. На этот раз, когда Ребе принесли „четыре вида“, его уведомили, что питум отвалился. Тем не менее, Ребе взял этот этрог и использовал его во время Ѓалеля.

Моему отцу сразу сообщили о произошедшем. Он знал одного еврея в Бруклине, у которого была неоткрытая коробка итальянских этрогов. Мой отец побежал к нему и сказал, что купит все его этроги, если один из них выберет Ребе. Прежде чем Ребе закончил молиться, мой отец уже ждал его с коробкой этрогов. Ребе поблагодарил отца за старание, но заметил, что поскольку первый день праздника прошел, а в остальные дни не требуется выполнять заповедь именно своими «четырьмя видами» растений, он будет использовать этрог ребецн, который находится дома. (Как правило, Ребе покупал набор «четырех растений» для ребецн, и он оставался у него дома, а набор Ребе находился в 770)».¹⁶

Реб Меир Харлиг поделился еще одной похожей историей: «Однажды пожилой хасид с трепетом взял „четыре вида“ растений Ребе, и вдруг этрог Ребе выпал у него из рук. К нашему ужасу, питум отвалился. У меня не было выбора, я пошел к Ребе и рассказал ему, что случилось. Ребе приказал не говорить ему, кто уронил этрог, потому что „это не принесет пользы ни мне, ни ему“, и попросил нас использовать другой этрог».

ПЛАТА ЗА «ЧЕТЫРЕ ВИДА»

Из слов Торы «И возьмите себе» (четыре вида растений) мудрецы Талмуда делают вывод: чтобы выполнить эту заповедь, по крайней мере в первый день праздника, «четыре вида» должны быть для человека полностью «своими», ими нужно владеть. Многие авторитеты ѓалахи делают отсюда вывод, что за «четыре вида» нужно рассчитаться до начала праздника, и тогда владение будет полным. Их мнение основано на том, что только «киньян деорайта», приобретение по закону Торы (в нашем случае — путем оплаты деньгами) может быть эффективным для выполнения заповеди «деорайта», то есть заповеди Торы (в нашем случае — выполнение заповеди четырех видов в первый день праздника). Другие авторитеты не согласны и говорят, что «киньян дерабанан», приобретение по мнению мудрецов (не деньгами, а другим способом) также легитимно, поэтому оплата до начала праздника не требуется.

По обычаю Хабада, не обязательно рассчитываться за четыре вида растений до праздника. Ребе однажды рассказал, что в первый год после приезда в Америку он попросил Ребе Раяца заплатить реб Исраэлю Джейкобсону (который в те годы доставлял Ребе Раяцу «четыре вида») до начала Суккота. Ребе Раяц ответил: «Реб Исраэлю нужны деньги на праздник?» Из этих слов Ребе сделал вывод, что для Ребе Раяца не была принципиальной оплата «четырех видов» именно перед праздником. Однако сам Ребе старался отдать деньги заранее или сразу после получения «четырех видов».

1 Игрот кодеш, т. 3, стр. 280.

2 р. Яаков Ландау, «Любавич ве-хаялеѓа», стр. 31.

3 Из письма р. Михаэля Виленского, 6 кислева 5708 (1947) года. Оцар минѓагей Хабад, элул — тишрей, стр. 277.

4 Раввин Менахем Тейхтель в интервью JEM.

5 Ребе Раяц. Игрот кодеш, т. 8, стр. 409.

6 Ребе Раяц. Игрот кодеш, т. 13, стр. 476

7 Игрот кодеш, т. 7, стр. 161.

8 Игрот кодеш, т. 13, стр. 110.

9 Вопрос о том, кошерен ли этрог «муркав», обсуждался мудрецами «ахароним», и общее мнение, что он не годится.

10 Респонсы Хатам Софер, Орах хаим, п. 207.

11 См. Оцар минѓагей Хабад, стр. 281.

12 Рамах отийот, п. 153

13 Ребе Рашаб. Игрот кодеш, т. 1, стр. 926. См. Оцар минѓагей Хабад, стр. 278, прим. 4.

14 Ребе Рашаб. Игрот кодеш, там же.

15 Бейт Рабби, т. 1, стр. 75, прим. 1.

16 Ѓиткашрут, вып. 481.